В британском журнале для дерматологов д-р Э.Обер и соавторы опубликовали исследование, посвященное характеристикам экземы у пациентов с атопией и первичными иммунодефицитами (ПИД-А).
Экзема на фоне ПИД может имитировать картину атопического дерматита (АтД), однако на самом деле генетические и патогенетические характеристики экземы при ПИД отличаются от классического АтД.
В анализ включили данные 373 пациентов из французского национального регистра лиц с ПИД. Экзема была диагностирована у 50,9% из них, при этом у 100% пациентов с экземой был обнаружен дефицит белка DOCK8; дефицит белка FOXP3 сопровождался экземой в 73,3% случаев, а мутации потери функции в гене STAT3 – в 74,6%.
Дебют экземы обычно был ранним (средний возраст на момент дебюта – 4 месяца). Частота возникновения и клиническая картина экземы существенно различались в зависимости от генотипа.
Кластерный анализ позволил выделить 4 фенотипа экземы на фоне ПИД, а также установить однозначную взаимосвязь между нарушениями функции STAT3 и DOCK8 и локализацией очагов экземы, а также выраженностью зуда. У детей с ограниченными очагами экземы в единственной анатомической области, сохраняющимися в возрасте 2 лет риск развития тяжелых или вызванных нетипичными возбудителями инфекций, связанных с ПИД, был ниже, чем при стойкой очаговой экземе в возрасте до 6,8 лет.
У 38,4% пациентов с ПИД-А и экземой клиническая картина соответствовала диагностическим критериям АтД по версии экспертной группы UK Working Party.
По словам авторов, экзема является частым ранним проявлением ПИД-А, часто опережающим инфекции на несколько лет. Распознавание специфических клинических паттернов экземы при ПИД-А может помочь в идентификации таких пациентов среди детей с экземой, сократить время до установления диагноза ПИД-А, оптимизировать тактику ведения и обеспечить пациентам получение оптимальной помощи, особенно в эпоху активного внедрения системной терапии АтД в педиатрическую практику.

В журнале американской академии дерматологии д-р К.Амери и соавторы опубликовали систематический обзор и мета-анализ, посвященный оценке связи между гнездной алопецией (ГА) и аномалиями сетчатки.
Для исследования отобрали статьи из открытых научных баз данных, доступные с момента их создания по август 2025. В мета-анализ включили исследования, в которых сообщалось о состоянии сетчатки у пациентов с ГА и без нее.
Рассмотрели 9 исследований с общим числом участников 145615 человек, из которых у 10832 была диагностирована ГА (средний возраст больных составил 30,5 лет); 134783 человека составили контрольную группу (средний возраст 36 лет). Обнаружили следующее распределение частоты форм ГА: неуточненная ГА (97,1%), очаговая (1,8%), универсальная (0,6%), тотальная (0,4%) и офиазис (0,1%). Аномалии сетчатки были зарегистрированы у 214 пациентов с ГА (2,0%) по сравнению с 940 пациентами в контрольной группе (0,7%).
В мета-анализ включили 7 исследований (109693 участника: 10299 с ГА и 99394 в контрольной группе). Его результаты показали, что ГА связана со значительным повышением риска аномалий сетчатки (относительный риск: 3,88; 95% доверительный интервал 2,20-6,87; p<0,001; доля общей вариабельности = 46,1%).
Наиболее часто при ГА наблюдались признаки дисфункции пигментного эпителия сетчатки по данным электроокулографии (n=34), пигментные аномалии (включая друзы, скопления пигмента и участки измененной пигментации; n=31) и отслоение сетчатки (n=13). Дисфункция пигментного эпителия, как указали авторы работы, часто изначально протекает бессимптомно, но может прогрессировать до нарушений зрения или изменений цветовосприятия и контрастной чувствительности при вовлечении макулы. Пигментные аномалии могут указывать на атрофию пигментного эпителия или дисфункцию меланоцитов и предрасполагать к общей дегенерации сетчатки.
По мнению авторов, риск развития заболеваний сетчатки у пациентов с ГА действительно повышен, независимо от тяжести или длительности течения процесса. Это подтверждает гипотезу об общности нарушений иммунной привилегии и T-клеточного звена иммунитета для ГА и поражений сетчатки. Однако низкий абсолютный риск (2%) предполагает, что диагностика глазного дна должна проводиться только при наличии симптомов, указывающих на вовлечение глаза.

В журнале японской ассоциации дерматологов д-р Ю.Окубо и соавторы опубликовали результаты исследования, в котором изучали долгосрочное применение пероральных тетрациклинов лицами в возрасте до 20 лет, а также изменения в показаниях к назначению и схемах лечения.
Исследователи провели анализ временных рядов, задействовав данные из общенациональной административной базы данных за период с 2015 по 2023 год (24 миллиона человек в возрасте до 20 лет). Использование пероральных тетрациклинов измерялось в днях терапии (ДТ) на 1000 жителей в день, а показания к назначению препаратов идентифицировали по указанным в карточках пациентов кодам МКБ-10.
За изучаемый период применение пероральных тетрациклинов увеличилось с 0,95 до 1,76 ДТ на 1000 жителей в день, при этом в основном рост был обусловлен применением доксициклина. Чаще всего доксициклин применяли лица подросткового возраста; также было отмечено значительное увеличение числа назначений доксициклина после 2020 года.
Показания к назначению существенно изменились: доля назначений по поводу акне среди них возросла с 34,1% до 73,6% с одновременным снижением доли респираторных инфекций в структуре показаний. Средняя продолжительность лечения акне составила 37,9 дней. Также пациентам с акне редко назначали адапален и бензоилпероксид в качестве сочетанной с тетрациклинами терапии, но часто – антибиотики местного применения.

В крупном зарубежном электронном журнале д-р М.Х. Джаяпракаш и соавторы представили результаты исследования, в котором изучали взаимосвязь морфологических особенностей рубцов постакне на лице с нарушением образа тела и качеством жизни пациентов.
Авторы использовали шкалу клинической оценки выраженности рубцов Гудмана-Барона, а также опросники для самооценки пациентами рубцов (20-балльный SCARS), обеспокоенности состоянием внешности (BICI из 19 критериев, оцениваемых по 5-балльной шкале Ликерта) и влияния рубцов на качество жизни (FASQoL из 10 критериев, оцениваемых по 5-балльной шкале Ликерта).
В поперечное исследование вошли 150 пациентов в возрасте 18-40 лет (63,3% из этого числа в возрасте 21-25 лет; 69,3% женщины). В когорту не включали пациентов, в течение предшествующих 6 месяцев получавших лазерную терапию или другие инструментальные методы лечения рубцов после акне. Также были исключены лица с ранее диагностированными психическими расстройствами (на основании медицинской документации или со слов пациента). Пациенты с акне на фоне иных заболеваний кожи лица также исключались из выборки.
У 35,3% участников симптомы акне сохранялись до 1 года, еще у 32,7% – от 1 до 3 лет. Продолжительность акне более 3 лет отмечали 32% пациентов.
Длительность наличия рубцов от 1 до 3 лет указали 42,0%; длительность от 6 месяцев до 1 года – 26,0%. Чаще всего рубцы сохранялись на щеках (у 87,3%) и на лбу (у 38,0% участников). Рубцы на подбородке и на носу остались у 16,0% и 15,3% участников соответственно.
Лечили акне 46,7% пациентов только наружными препаратами, 21,3% принимали системный изотретиноин, а 6,0% – антибиотики.
Чаще всего (78,7% случаев) рубцы на коже лица были V-образными (icepick; твердые сколотые рубцы. Доля U-образных рубцов (boxcar; вдавленные участки кожи с четкими, отвесными вертикальными краями) составила 61,3%, а М-образных рубцов (rolling; мягкие сколотые рубцы) – 57,3%.
По шкале Гудмана-Барона у 72,6% участников исследования рубцы были средней и тяжелой степени. Однако по SCARS 36% пациентов оценили выраженность рубцов как «легкую», 30% – как «среднюю» и 15% – как «тяжелую/очень тяжелую».
Выраженность неудовлетворенности пациентов своей внешностью и снижения качества жизни росла прямо пропорционально возрастанию оценки тяжести рубцов по SCARS (p<0,001).

В зарубежном журнале о детской дерматологии д-р А.Рашед и соавторы опубликовали результаты исследования, в котором изучали возможность прекращения системной терапии псориаза у детей и подростков после достижения ремиссии.
В ретроспективное многоцентровое международное исследование включили данные 433 пациентов детского и юношеского возраста (средний возраст 10,2 года; 51% девочки) с псориазом средней или тяжелой степеней. По тем или иным причинам пациенты более не принимали препараты первой линии терапии: ацитретин (243 пациента), метотрексат (95) или циклоспорин (95).
Пациентов, прекративших системное лечение именно по достижении ремиссии (n=79, 18,2% от общего числа), наблюдали отдельно вплоть до 6 месяцев для оценки необходимости возобновить терапию.
Из этого числа 70 (88,6%) не возобновили прием предписанных им препаратов и по прошествии 6 месяцев. Пациенты этой подгруппы в целом были младше (средний возраст 9 лет против 10,2 лет; p<0,001), имели более низкие исходные показатели по шкале PGA (средняя оценка 3,0 против 3,3; p=0,02) и PASI (9,3 против 11,1; p=0,04) по сравнению с теми, кто прекратил лечение по другим причинам.
Доля пациентов с ладонно-подошвенным псориазом, прекративших лечение в связи с ремиссией, была значительно ниже, чем среди прекративших лечение по другим причинам (6,3% против 16,4%; p=0,02).
По мнению авторов, прекращение долгосрочной системной терапии первой линии именно по достижении ремиссии может быть целесообразно в детской дерматологии – особенно с учетом рисков, с которыми связан прием этих препаратов (гепатотоксический эффект, нарушение функции почек, угнетение функции костного мозга).

На ежегодной встрече международной организации по исследованию и оценке псориаза и псориатического артрита (GRAPPA) в 2026 году д-р Д.Келлнер и д-р А.Фенг представили результаты исследований, в которых изучили взаимосвязь между снижением массы тела у пациентов с псориазом и риском развития у них псориатического артрита (ПсА), особенно – в первый год после постановки основного диагноза.
В первом из исследований д-р Д.Келлнер и коллеги проанализировали данные о 10721 пациенте с псориазом (из этого числа у 1032 также наблюдался ПсА).
Пациентов разделили на две группы: снизивших массу тела (СМТ) на ≥5% и <5% от исходного уровня. В группе СМТ ≥5% риск развития ПсА оказался ниже на 37% (скорректированное отношение рисков (сОР): 0,63; 95% доверительный интервал (ДИ) 0,41-0,97; p=0,03). Выявили «дозозависимый» эффект: при снижении массы тела на ≥10% и ≥15% риск развития ПсА снижался на 49% и 69% соответственно. При удержании достигнутой массы тела в течение 2 лет риск снижался на 68% (СОР 0,32; 95% ДИ 0,12-0,87).
В другом исследовании д-р А. Фенг и коллеги проанализировали данные более чем о 22000 пациентов с псориазом, принимавших агонисты рецепторов глюкагоноподобного пептида-1 (аГПП-1), и сравнили их с данными о пациентах, не принимавшими подобных препаратов. В когорте аГПП-1 риск развития ПсА в течение первого года после постановки основного диагноза оказался на 43% ниже (отношение рисков (ОР): 0,57; 95% ДИ 0,50-0,64; p<0,001), а в течение 10 лет – на 26% ниже (ОР: 0,74; 95% ДИ 0,68-0,80; p<0,001). В подгруппе, принимавшей новейшие препараты аГПП-1 (семаглутид и тирзепатид), снижение 10-летнего риска составило 36% (ОР: 0,64; 95% ДИ 0,57-0,71; p<0,001).
Также, по мнению авторов, терапия препаратами-агонистами ГПП-1 сама по себе (т.е. вне зависимости от потери массы тела) является дополнительным фактором снижения риска развития ПсА.

В американском журнале для дерматологов д-р М.К.Патил и соавторы опубликовали результаты исследования, в котором оценивали эффективность приема высоких доз перорального витамина D для купирования острого лучевого дерматита (ОЛД) и токсической эритемы при химиотерапии (ТЭХ).
В ретроспективное многоцентровое исследование включили данные о 33 пациентах (средний возраст 60,9 лет, 58% женщин), принимавших высокие дозировки витамина D внутрь в период с декабря 2021 по январь 2024. Пациенты принимали холекальциферол или эргокальциферол в дозировке 100000 МЕ и через 7 дней при необходимости получали 100000 МЕ повторно (85% пациентов).
Оценивали клинически подтвержденные улучшения состояния кожи, полученные от самих пациентов субъективные оценки, уровень кальция в сыворотке крови и возможность пациентов продолжать лучевую или химиотерапию.
Из 30 пациентов 26 (87% от общего числа) сообщили об облегчении симптомов ОЛД или ТЭХ в течение 10 дней после начала лечения витамином D, а у 23 (77%) улучшение состояния было зафиксировано и клинически. В среднем время до наступления улучшения составило 5 дней (3 дня для пациентов, находящихся на лечении в стационаре).
Средние баллы по оценочной шкале Ликерта для эритемы улучшились с 4,36 на исходном уровне до 3,17 к 5-му дню и до 2,21 к 10-му дню. У пациентов с нейтрофильным эккринным гидраденитом и синдромом Стивенса-Джонсона или токсическим эпидермальным некролизом улучшение состояния наступало быстрее: снижение оценки по шкале Ликерта на 10-й день составило 3,0 и 2,5 балла соответственно.
Перерывы в лучевой или химиотерапии не потребовались 24 (73%) пациентам, при этом не отмечали связанных с лечением нежелательных явлений или клинически значимых изменений уровня кальция в сыворотке крови.

В зарубежном журнале для дерматологов д-р Я.Радхи и соавторы опубликовали результаты исследования, в котором оценивали безопасность и клиническую эффективность применения лазера желтого спектра с длиной волны 577 нм у пациентов со стероидной розацеа (СР).
В проспективное исследование вошли 50 пациентов с СР (средняя продолжительность применения кортикостероидов составила 43,2±36,95 месяца). При отборе исключали лиц младше 20 лет, беременных, пациентов с аутоиммунными заболеваниями и обладателей V или VI фототипов кожи по Фитцпатрику.
Пациентам проводили терапию желтым лазером 577 нм (мощность 20-23 Вт, длительность импульса 16-20 мс, плотность покрытия 50%). Состояние кожи оценивали до каждой процедуры и через 1 месяц после завершения курса.
Наиболее частым подтипом розацеа в исследуемой группе был эритематозно-телеангиэоктатический (38 из 50 пациентов). У 8 пациентов форма розацеа была эритематозной, у 4 – папуло-пустулезной. Среди пациентов с телеангиэктазиями (n=42) преобладающим типом сосудистого рисунка был звездчатый (28 из 42 пациентов). У 10 пациентов наблюдали древовидный капиллярный рисунок, а у 4 – более глубокие сосудистые изменения (синие телеангиоэктазии).
По итогам курса процедур пациенты главным образом отметили снижение выраженности жжения (у 13 из 50 пациентов; улучшение на 85,8%) и видимого покраснения кожи (43/50; улучшение на 84,1%). Снизилось и количество папуло-пустулезных элементов (8/50; улучшение на 79,7%).
Клинически лазерная терапия приводила к значимому снижению эритемы (47/50; улучшение на 87,0%) и приливов (33/50; улучшение на 79,3%). Менее заметное влияние лазер желтого спектра оказывал на сухость кожи (32/50; улучшение на 17,7%), шелушение (17/50; улучшение на 23,5%), выраженность морщин (2/50; улучшение на 27,8%) и количество комедонов (9/50; улучшение на 35,1%).
Также, по словам авторов, эффективность терапии лазером желтого спектра может зависеть от морфологии телеангиэктазий: звездчатый сосудистый рисунок поддается лечению гораздо легче, нежели более глубокие сосудистые изменения.

На ежегодной Атлантической конференции дерматологов в 2026 д-р С.Дж.Орлоу выступил с докладом о диагностике и лечении андрогенетической алопеции (АгА) у подростков.
По словам д-ра Орлоу, в одном из проведенных им исследований на долю АгА пришлось 42% всех случаев алопеции у подростков в возрасте 12-19 лет. При этом на втором месте была гнездная алопеция (34% пациентов), а на третьем телогеновая алопеция (11%).
Распространенность АгА у подростков существенна, при этом риск развития заболевания увеличивается с возрастом (по результатам одного из исследований, доля подростков с АгА возрастала с 9,3% в 15 лет до 16,8% в 17 лет). У мальчиков АгА встречается примерно в 3 раза чаще, чем у девочек.
Среди ключевых диагностических признаков АгА у подростков д-р Орлоу выделил трихоскопические находки: увеличение доли пушковых волос (>10%), вариабельность диаметра волосяных стержней и наличие перифолликулярных муфт. В рамках диагностического поиска необходимо учитывать эндокринные и метаболические нарушения: заболевания щитовидной железы, полиэндокринный метаболический овариальный синдром (ПМОС), инсулинорезистентность и нарушения функции надпочечников.
При наличии семейного анамнеза и при положительном результате теста на выдергивание волос (выпадают 6 и более волос при легком потягивании за прядь из 40-60 волос) вероятность андрогенетической природы алопеции выше.
Среди факторов, способствующих развитию АгА, были названы прием изотретиноина, начало применения оральных контрацептивов, а также инсулинорезистентность (выявлена у 33% пациентов), дефицит железа и витаминов группы B (выявлен у 84% пациентов) и витамина A.
В ретроспективном обзоре с задействованием данных 203 пациентов моложе 18 лет у 24,1% пациентов наблюдалось ожирение, у 24,8% – избыточный вес. У 8,3% пациентов (из которых 71% девочки) АгА развилась до наступления пубертата.
Исследователи предположили целесообразность оценки не только уровней витаминов, инсулина, ферритина и функции щитовидной железы, но также и липидного профиля и половых гормонов (пролактина, ФСГ и ЛГ) перед назначением лечения таким пациентам.

На ежегодной Атлантической конференции дерматологов в 2026 д-р А.Гарг и д-р Д.С.Кан выступили с докладом о хирургическом лечении гнойного гидраденита (ГГ).
Несмотря на значительное расширение арсенала высокоэффективных системных противовоспалительных препаратов для лечения ГГ в последние годы, хирургическое вмешательство при этой нозологии сохраняет свою актуальность, особенно для ускоренного разрешения тяжелых очагов.
Соавторы провели ретроспективный анализ данных о 7 пациентах (в возрасте от 17 до 64 лет) с ГГ III стадии по Херли, которым амбулаторно было проведено оперативное лечение очагов ГГ с использованием CO2-лазера и последующей марсупиализацией. В общей сложности было прооперировано 11 очагов (расположенных преимущественно в подмышечных впадинах).
Полная реэпителизация без формирования открытых свищей и/или необходимости послеоперационного дренирования была достигнута во всех 11 случаях. Время заживления составило от 3 до 6 месяцев.
Рецидивирование наблюдалось только в 3 случаях из 11. Осложнений и госпитализаций во время проведения операций не было зарегистрировано, послеоперационный период протекал благополучно. Послеоперационную боль в области проведения лечения большинство пациентов оценили как минимальную.
Также авторы представили обзор 55 предшествующих исследований с участием 3914 пациентов, в которых также оценивалась эффективность и исходы вскрытия и иссечения очагов ГГ. После вскрытия очагов рецидивы возникали на 50% реже, чем после иссечения (14,5% в сравнении с 30% соответственно; p=0,015). При вскрытии также значительно реже возникали послеоперационные осложнения (12% в сравнении с 26% при иссечении; p<0,001).