Вход в систему

Альцест французской дерматологии

Иллюстрация. БазенАнтуан Пьер Эрнест Базен родился недалеко от Парижа в небольшом городке Сен-Брис-су-Буа в 1807. Он родился в многодетной семье, поэтому начальное образование было получено в скромной школе-интернате рядом с Монморанси. По словам его современников он первоначально хотел изучать инженерное дело и далее продолжить свою карьеру в Департаменте дорог и мостов. Но так как его отец и дед по материнской линии были врачами, то Базена убедили продолжить семейную традицию и стать врачом. Несмотря на то, что Эрнест отказался от первоначальной цели, это не сказалось на отношении к медицине. Он оказался блестящим учеником и с лёгкостью получил экстернатуру, а затем интернатуру в Париже. Среди его учителей были Гийом Дюпюитрен, Леон Людовик Ростан и Лоран-Теодор Биетт. После интернатуры Базен принял участие в сложном конкурсе на право 2-летней стажировки при Парижских больницах и успешно его выдержал. 

В 1834 Базен стал стажёром в больнице св.Людовика, где посещал последние лекции Жана-Луи Марка Алибера, и, как утверждается, был самым усердным помощником у Биетта, который был тогда ведущим дерматологом Франции. В истории не сохранились причины того, почему для дальнейшей деятельности была выбрана дерматология, скорее есть свидетельства в пользу обратного. Диссертация Базена была посвящена болезням лёгких. Кроме того, сразу после интернатуры Базен, по-видимому, имел слабое представления о дерматологии. Альфред Арди, который в свою очередь был одним из стажёров Базена, утверждал, что у Базена не было настоящего наставника в дерматологии, кроме самого себя. 

В 1835 Базен принял участие в соревновании по агрегации на медицинский факультет, но безуспешно. Три года спустя он снова принял участие в конкурсе, и хотя его заявка была блестящей, из-за интриг Огюста Франсуа Шомеля он потерпел неудачу, в то время как шесть других участников конкурса получили свои назначения. После этого Базен был, мягко говоря, обескуражен, а отвращение к академической карьере стало столь сильно, что попыток стать членом факультета больше не предпринималось. 1841 застал его в штате больницы Брока, которую он оставил три года спустя ради больницы св.Антуана, откуда в 1847 перешёл в больницу св.Людовика. До этого момента его интерес не ограничивался только кожными заболеваниями. В период с 1834 по 1847 Базен написал несколько статей на анатомические темы, в том числе описание лёгких (1836) и о связи между спинным мозгом и спинными нервами (1838). 

Будучи вовлечённым в лечение всех пациентов с чесоткой в ​​больнице св.Людовика, в 1850 Базен предпринял серьёзное исследование этого вопроса и пришёл к выводу, что клещ может находиться на любом участке кожи, кроме головы. Вместе с Жераром Пиогеем, тогдашним его стажёром, он установил, что применение серной мази на всё тело необходимо для воздействия на все чесоточные ходы и убийство клещей, а не на восстановление нарушенного баланса жидкостей организма, как это предполагал Хельмерих. Это резко контрастировало с лечением, которое применял Пьер Луи Альфе Казенав, который занимался чесоточными больными до Базена; этот врач, писал Базен, просто втирал серную мазь в руки, ноги и запястья. Базен сократил время, необходимое для лечения больного чесоткой, уменьшив лечение с сорока втираний до двух. В своих лекциях о паразитарных заболеваниях кожи, которые были опубликованы в 1858, Базен говорил об этом следующим образом: «Таким образом, я сократил до двух или трёх дней пребывания каждого больного чесоткой в ​​наших палатах и ​​оказал реальную услугу Управлению больниц Парижа. Месье Арди, который стал заниматься этим после меня, сделал процесс ещё лучше, и сегодня, как Вы знаете, лечение чесотки было сокращено до часа, и пациенты с этим заболеванием больше не госпитализируются».

Последующая лечебная и научная деятельность Базена представляла собой несколько лет постоянных исследований, повлекшая за собой противостояние с Арди Казенавом, Мари-Гийом-Альфонсом Девержи и Камилем-Мельхиором Жибером. В 1853 Базен впервые написал о стригущем лишаем и фавусе, как о результате внедрения «растительных паразитов» в кожу, как это следовало из идей Иоганна Лукаса Шенлейна, Давида Груби и Роберта Ремака. Базен полагал, что стригущий лишай был вызван трихофитоном, фавус - ахорионом, а пелада или очаговая алопеция - микроспороном. В начале Базен не допускал взаимосвязи между поражением кожи гладкой кожи и кожи головы. Он применял при стригущем лишае и фавусе эпиляцию, а затем наносил паразитициды. Волосы эпилировались ежедневно от одного до двух часов в день в течение трех или четырёх дней, пока голова не была очищена от поражённых волос. Эпиляцией занимался специально обученный персонал. После каждой эпиляции кожа головы тщательно обтиралась едким 0,5-1% сублиматным раствором и через четыре или пять часов после эпиляции втиралась мазь, содержащая 10% масла можжевельника. В некоторых случаях Базен использовал средства, содержащие растение турбит, масло миндаля и ацетат меди. 

К 1855 он стал главой французской школы дерматологии, т.к. отстаиваемая им революционная идея о роли инфекционных агентов в возникновении чесотки, фавуса и стригущего лишая была подтверждена. Его идеи получили раннюю поддержку от Арди, а затем от Жибера, но Казенав и Девержи ещё долго сопротивлялись, прежде чем, наконец, признали правильность его идей по этим направлениям.

С 1856 по 1868 Базен писал о золотухе, диатезах, деформациях кожи, проказе, общих кожных заболеваниях, пурпуре и т.д. В 1870 Базен объединил все свои наблюдения и опубликовал лекции о лечении хронических заболеваний в целом, и кожи в частности. Вероятно, лекции о золотухе и о паразитарных кожных заболеваниях - наиболее выдающаяся заслуга Базена. Он заявлял, что золотуха (скрофулодерма) и туберкулёз идентичны; эта теория была позже подтверждена патологией. Базен отдавал должное водолечению: пациентов с экземой и герпесом направляли в Виши, Вальс, Ройя и Ла-Бурбуль, воды которых богаты бикарбонатом натрия и мышьяком. Пациентам с золотухой рекомендовались такие источники, как Сали-де-Беарн, Вильдегг и Кройнах, которые содержали много брома, йода и хлорированной соды. После ухода из больницы св.Людовика к 1872 Базин написал множество статей для «Энциклопедического словаря медицинских наук». 

Луи-Анн-Жан Брок приписывал Базену первое описание световой оспы и индуративной эритемы. Кроме того, Брок заявлял, что Базен, очевидно, знал о себорейной экземе Пауля Унны и схожих с ней состояниях. Филипп Шарль Эрнест Гоше утверждал, что Базен описал все или почти все существующие кожные заболевания, даже те, которые были открыты уже после его смерти. Например, он описал контагиозный моллюск под названием acne varioliformis, acne pilaire, что позже Карл Вильгельм Бек назвал некротическим акне, обратил внимание на то любопытное расстройство, келоидные акне, которое более подробно было описано Морицем Капоши. По словам Эрнеста Анри Бенье работы Базена по экземе, этой самой неприятной и запутанной проблеме, сослужили важную службу в усилении позиций французской школы дерматологии.

Говорят, что Базен одобрял учения Йозефа Пленка, Роберта Уиллана и Томаса Бейтмана относительно элементарных поражений кожи. Он также признал ценность анатомо-патологических идей Олива Райе. Но заблуждался о роли диатезов (согласно гуморальной теории - нарушение сочетания жидкостей в организме) и настаивал на том, что большое количество патологических состояний кожи - это не настоящие заболевания, а проявления различных недугов. Из некоторых заблуждений своего времени, в которые верил Базен, было восприятие сифилиса и гонореи, как одного заболевания. За двадцать лет до своей смерти (в 1878) он верил, что причиной возникновения туберкулеза, нефрита и гепатита является сифилис. Гоше говорил: «Базен был первым дерматологом, который понял важность теории паразитов. Я признаю, что он сделал свою доктрину слишком сложной и что наряду с поразительными истинами он допустил самые вопиющие ошибки… Он совершенно ошибочно и запутанно использовал термин диатез, например, применяя его к раку, гангрене и кровоизлияниям».

В начале своей карьеры Базен, не находя достаточно места для выполнения своих пока еще небольших клиентских и больничных обязанностей, решил заняться медицинской журналистикой. Его попытки в этом направлении были превосходно описаны доктором Леоном Бродье, который рассказывает, насколько непригодным был Базен для такого предприятия. У него не было ни универсальных научных знаний Алексиса Литтре, ни живость изложения Жана Анри Фабра; он не был прирождённым организатором, не обладал литературным вкусом, не имел ни финансовых средств, ни поддержки. В то время он был сравнительно неизвестен, и у него не было учеников, которые бы прославляли его. Его первый журнал «Медицинский институт» появился в 1839, выпускался всего четыре месяца и достиг в общей сложности одиннадцати номеров. Эта неудача не обескуражила Базина, поскольку в 1847 он выпустил «Репертуар медицинских наук», который повторил судьбу предшественника. После этой неудачи Базен стал едко высказываться по отношению к медицинской прессе, которую он обвинил в публикации без разбора всех представленных статей, даже тех, которые явно уступали уровню его публикаций. 

Базен был и раздражительным, и мстительным, и предавался частой полемике, особенно с Казенавом и Девержи, которые не спешили принимать его теории. Даже такой верный его поклонник, как Гоше, называл Базена своего рода Альцестом (Альцест - главный персонаж в «Мизантропе» Мольера, нарицательное имя откровенных, безжалостных людей, заклятых врагов осмотрительности, навязанной обществом). Бенье в некрологе писал, что Базен был слишком свободен в своей критике некоторых влиятельных коллег. Будучи без средств и влияния, отказываясь от полезных визитов к вышестоящим коллегам, Базен должен был строить собственную карьеру. Его поразительный успех был основан на сочетании энергии, непрестанного труда и уверенности в праведности своего дела. Когда Фортуна улыбнулась ему, его жизнь не претерпела изменений: он также жил в скромном доме и обычно пешком добирался до больницы, и был добр и прост в обращении к своим ученикам и пациентам.

Брок вспоминал Базена следующими словами: «Для огромной массы врачей Базен - просто дискредитированный автор диатезов, но для нас - дерматологов во Франции - он самый изумительный гений дерматолога, который когда-либо существовал. Те, кто не знаком с его работами, считают его теоретиком, который по своему желанию искажал факты, формируя их в соответствии со своими собственными идеями. Правда в том, что он был мудрым и внимательным наблюдателем, руководствовался строго научным методом… Ни в одной стране дерматолог не установил себе такой памятник. Базен слишком рано прибыл в медицинский мир, который был слишком занят единственным анатомическим поражением. Это было его несчастье». 

Завершить заметку об Антуане Пьере Эрнесте Базене хотелось бы его хрестоматийным описанием индуративной эритемы: «Индуративная эритема скрофулёзной природы - не редкость. Она характеризуется красноватыми пятнами, на которых давление пальца временно снимает покраснение, но оно вскоре появляется снова. Чувствуется уплотнение как внутри, так и под кожей, которое более или менее глубоко проникает в подкожную клетчатку. Покраснение, более или менее тёмное, часто фиолетовое и более заметное в центре пятна, постепенно переходит в окружающую нормальную кожу. Эти пятна не чешутся, надавливание на них пальцем вызывает лишь незначительную болезненность. Это заболевание чаще всего наблюдается на ногах, чаще у молодых девушек, чем у мальчиков. Я часто видел это у молодых прачек, молодых женщин, которые, казалось, были в добром здравии. Местом его частого расположения является нижняя и внешняя часть ноги. Иногда встречается над пяткой, вдоль ахиллового сухожилия. Также это можно увидеть на лице, где я наблюдал это, в связи со скрофулёзной офтальмией».

4.3
Средний рейтинг: 4.3 (10 votes)