Почему-то я неравнодушен к этим животным.

В моей домашней коллекции осликов -- несколько десятков сувенирных экземпляров, привезенных из разных стран.

Вот выгнувший свою бронзовую спину экспонат из Афин.

Рядом его меланхоличный марокканский собрат из атласского кедра с красным бантом на шее.

Чуть в стороне склонил голову склеенный из рогов ослик из Дербента.

При разглядывании они всегда умиляют меня.

На въезде в грузинский городок Сигнахи, что в Алазанской долине, я запарковал свой автомобиль недалеко от необычного памятника.

Это бронзовое изваяние двух добрых существ: доктора в широкополой шляпе, с зонтиком на плече и врачебным саквояжем, спешащего на помощь своим пациентам на флегматичном осле.  

Я потер металлический нос ослика, и меня покинула усталость, накопившаяся с прошлого вечера.

Такой эффект удалось получить от общения с бронзовым животным.

Благотворное влияние живого ослика в этой ситуации, я полагаю, было бы еще более существенным.

Неслучайно контакт с этими спокойными вдумчивыми  животными применяется в современной психотерапии и рассматривается как своего рода “эмоциональная губка”.

Например, во французской клинике Ville-Evrard hospital ослы приходят на помощь  людям, страдающим тревогой, депрессией, шизофренией и аутизмом. Эти милые создания отвлекают от рутинных лечебных процедур, помогают справиться с одиночеством, улучшают эмоциональную регуляцию и проч.

Зоотерапия часто используется для создания зеркала заботы, когда кормление и уход за ослом помогает больному человеку восстановить собственные пищевые и гигиенические привычки.

На полке, впереди клина ослов – родоначальник моей коллекции – маленький бирюзовый глиняный ослик из Неаполя.

Я беру его в руки и с надеждой вспоминаю вид на Везувий с холма Позиллипо.

Такая вот зоотерапия.